Однако тремя годами позже Шаманов, по сути, сам приостановил карьерный рост Юдина. Когда в сентябре 1999-го 245-й полк вновь засобирался на войну, представление полковника Юдина на начальника штаба дивизии было уже в Москве.

– Не жди, Сергей, приказа этого не будет, – вдруг сознался работавший в полку окружной кадровик, – потому что никто, кроме тебя, не заведет этот полк в Чечню. Но ты уже дважды там был, можешь отказаться.

Через месяц, встретив в Моздоке Шаманова, крепко обнявшего его со словами «ну, наконец-то меня послушали!», Юдин все понял.

– Не обижайся, Серега, – сказал Шаманов, – такая у нас с тобой судьба.

В Чечню его полк пошел первым. Получая от Шаманова на улице без свидетелей боевую задачу на переход чеченской границы, Юдину казалось, что он никуда и не уезжал. Те же люди вокруг, те же горки, те же дороги. Но это была уже совсем другая война. По крайней мере, в полосе наступления их Западной группировки. С боевиками больше не разговаривали, их давили. Пока армии снова не скажут «стоп», навалить как можно больше «душья» – в этом их с Шамановым взгляды так совпадали! Какие уж там обиды – полк наступал на главных направлениях Западной группировки, сыграв потом решающую роль и в штурме чеченской столицы…

Константин Ращепкин («Красная звезда», 4.12.2004 г.)

Мнения ветеранов полка, насколько тогда часть была подготовлена к новому походу, оказались разными…

«Не ехать с полком я не мог…»

Сергей Юдин, командир полка, гвардии полковник:

– Для меня лично получение Директивы Генштаба на переброску полка на Северный Кавказ было неожиданностью, потому что мои документы лежали на представление меня на начальника штаба 3-й мотострелковой дивизии. Ко мне пришли из штаба армии и сказали: «Сергей Сергеевич, вы можете, конечно, не ехать, и это ваше право. Но мониторинг офицеров показал, что люди говорят: «Поедем воевать, если с Юдиным». Поэтому не ехать с полком в Чечню я не мог.