Мы сидим и молча смотрим на кольца колючей проволоки, густо опоясывающие основание моста, закрывая доступ к самым уязвимым точкам.

— Господи Иисусе, еврейский сын немецкого Бога, — восклицает Порта, — теперь нам остается только взорвать бомбы Льюиса; они вышвырнут нас из военной формы быстрее, чем Гитлер заставил ее надеть!

— Даже пуговицы не останется, — бормочет Малыш, заглядывая под колючую проволоку.

— Ну что ж, на нашей стороне Пресвятая Дева и передовая немецкая технология, так что, возможно, мы уцелеем, — философски говорит Порта.

Если неожиданно приведем что-то в действие, — говорит Малыш, — то на сей раз сами взлетим на воздух!

— Ну и хладнокровие, — фыркает Грегор.

— Держите шапки! — предупреждает Порта и начинает резать проволоку.

Первые ржавые нити, лопаясь, проносятся мимо наших лиц. Порта быстро устает и отдает кусачки Малышу, тот идет на заграждение, словно бульдозер.

— Осторожнее, черт возьми, — предостерегает испуганный Грегор. — Перекусишь нету проволоку, и нам всем конец!

— А тут мина! — удивленно кричит Малыш, нагибаясь. Осторожно притягивает противотанковую мину к себе. — Здесь провода, — продолжает он, указывая на ряд идущих под нее серых проводов.

— Осторожнее, осторожнее, — нервозно кричит Порта. — Оставь се на месте и вывинти капсюль! Мы спустимся, пока ты возишься с ней. Ни к чему всем погибать!

Малыш преспокойно принимается обезвреживать это страшилище, вывинчивает взрыватель и оставляет мину свисающей прямо среди нас.

От страха мы едва смеем дышать.

— Ради бога, осторожнее! — кричит Порта Малышу, нашедшему еще три мины — такого типа, который нам еще не встречался.

— Посмотрите на них! — кричит поглощенный своим делом Малыш. — Тут есть маленькая трубка, которую можно согнуть!

— Не сгибай ее, черт возьми! — испуганно вопит Порта. — Это детонатор!

— Ну и что тогда с ней делать? — тупо спрашивает Малыш. — Дать пинка?