Такой подход, наоборот, уводил нас от реальности, затруднял и запрещал говорить правду. Прочитавшим эту книгу, нетрудно будет убедиться в том, что архивные материалы позволяют совсем по другому оценить и осветить малоизвестные страницы истории, связанные с жизнью Героев Советского Союза, поднять практически неизведанный пласт событий, полных драматизма и захватывающей интриги, вернуть из небытия многие имена и даты. Акцент на максимально возможное использование сохранившейся до наших дней следственно-судебной информации сделан автором с целью показать — каким образом аресты и суды могли отразиться на последующем поведении Героев, формировании их характеров и мировоззрения. Одних репрессии сломили, исковеркали их судьбы, привели к моральному и физическому уничтожению. Других заставили прозреть, увидеть безжалостность и несправедливость системы, пересмотреть и переосмыслить очень многое в своей жизни. Третьи — ожесточились и, сохранив верность идеалам социализма, каждым своим шагом доказывали, что в отношении них допущена ошибка.

Многие Герои посчитали, что врученные им Золотые Звезды являются неким талисманом, помогут уберечься от каких-либо невзгод и неприятностей. И поплатились за непозволительную в условиях идеологического диктата вольность и открытость в своих суждениях и поступках. А для кого-то бремя свалившейся на них славы оказалось непосильным. Они стали спиваться, совершать уголовные преступления. Один из них, — Герой Советского Союза Соломахин, который в пьяном виде устраивал дебоши и стрельбу в общественных местах, застрелил пятилетнюю девочку.

Надо сказать, что написание этой книги потребовало немалых усилий, длительной кропотливой работы в архивах, сопоставления архивных документов с мемуарами, записками, воспоминаниями очевидцев и свидетелей. Не буду утверждать, что детективы писать проще. Но они рождаются в воображении автора. И если муза посещает его регулярно, то за небольшой промежуток времени создается очередной бестселлер. Автор же выбрал путь документального исторического расследования. А потому был обречен работать несколько лет. Это был тяжкий, но интересный и, смею надеяться, нужный труд.