Артист перевел речь командира своей команде. Афганцы дружно закивали, давая понять, что согласны.

— Может быть, у вас имеются какие либо просьбы или пожелания? — спросил Екимов. — Я к вашим услугам и готов их рассмотреть.

Афганец кивнул и приложил руку к сердцу:

— Есть маленькая у нас просьба, дорогой товарищ советский командир. Маленькая, маленькая!

— Слушаю вас внимательно.

То, что услышал Екимов, говоря боксерскими терминами, сбило его с ног, бросило в нокдаун. Руководитель группы артистов попросил дать им перед началом концерта немного… настоящей русской водки или спирта! Как он выразился, «для настроя души». И это произнес спокойным голосом, как само себе разумеющееся, представитель интеллигенции, представитель культуры в традиционно непьющей мусульманской стране, где, как наставляли Екимова, строгие законы шариата исключают употребление любых спиртных напитков, жестко карают нарушителей и вероотступников! Политработники особо заостряли на этом внимание, чтобы летчики в Афганистане случайно не оскорбили правоверных мусульман одним лишь упоминанием о выпивке, об употреблении спиртных напитков…

Екимов мельком посмотрел на дежурного офицера, тот на Екимова. Они понимающе переглянулись. Нет, не ослышались. Артисты просили именно водки или спирта. На ум невольно пришли слова из кинофильма «Белое солнце пустыни» на счет того, что «восток — дело тонкое», а значит, еще полон загадочного и противоречивого.

Майор мягко и деликатно пояснил артистам, что в настоящее время у летчиков нет в наличии водки и спирта, их еще не привезли из Советского Союза, просто не успели доставить к празднику.