Но сейчас же случилась небольшая неприятность: только что впряглись в лямки, как троим стало дурно — сильное головокружение и слабость. Пришлось лечь на снег около нарт и пролежать минут пятнадцать. Может быть в этом была виновата трехдневная спячка, после которой они слишком ретиво принялись за работу, а может быть вообще все были слишком слабы и больны после долгой и Тяжелой зимовки. Полежав немного, все оправились и, несколько сконфуженные, тронулись в путь. Сначала путники взяли только четыре каяка и легко прошли с ними. Пройдя километра три вернулись за второй партией. Люди воспрянули духом. Такой способ вселил уверенность: медленно и с трудом можно итти с каждым днем и по льдам. Подвигаясь за день хоть немного, все же приближаются «к дому». Всего за день сделали километров шесть и остановились на ночлег под прикрытием высоких торосов.

На следующий день двигались таким же способом, перетаскивая каяки за два приема, а иногда и за три.

Дорога ухудшалась: стали попадаться крупные торосы — целые хребты, между которыми приходилось сначала искать дорогу. Около таких торосов снег обыкновенно глубже и рыхлее. Самодельные нарты были мало приспособлены к такому пути. Их узкие полозья уходили в снег по самые нащепы. Постепенно полозья погружались все глубже и глубже и в конце концов застревали в сугробе совсем. Тогда приходилось серединой лямки поддевать под передний копылу нащепа и вытаскивать нарты из снега. Вынужденные из-за этого часто останавливаться прошли не более четырех километров. В этот день неутомимые Денисов с Мельбартом догнали товарищей и принесли горячей пищи. Подсмеиваясь над черепашьим движением каравана, они грозили еще неделю догонять его.

В ледяной пустыне

16 апреля порвалась всякая связь со «Св. Анной». Денисов уже не догонял ушедших товарищей.

Мало-помалу все начали привыкать к кочевому образу жизни.