Трехметровая туша, похожая на опрокинутую лодку с парой длинных, как крылья, передних ласт, лежала в песке. Под задними ластами зияла свежевырытая яма, куда время от времени скатывались белые кожистые шарики. Прошло не менее сорока минут, пока самка закончила кладку и, небрежно закопав кучу яиц, поползла к воде. Это был действительно крупный экземпляр, и продвижение давалось ей с огромным трудом - передний край панциря двигал перед собой вал песка, могучие ласты отчаянно взрывали землю, мучительным усилием продвигая великаншу на несколько сантиметров вперед. После каждых двух-трех движений черепаха подолгу отдыхала, роняя на песок тяжелые слезы (у черепах и крокодилов солевыводящие железы находятся в уголках глаз) и все так же душераздирающе вздыхая. Мы пытались помочь ей, но с таким же успехом можно было бы подталкивать застрявший танк. Нам показалось, что прошли часы, прежде чем первая волна обрызгала измученную черепаху. Накатывающиеся волны одна за другой приподнимали ее над землей, рептилия резко взмахивала ластами, продвигаясь вперед, и снова плюхалась на дно. Я шел рядом, положив руку на кожаный панцирь и подталкивая ее к морю.

Вдруг дно ушло из-под ног, очередная волна окончательно оторвала бедняжку от песка, черепаха мощно ударила "крыльями" и в мгновение ока легко и стремительно умчалась прочь, рассекая воду с изяществом летучей рыбки.

Мы разровняли песок над кладкой и черепаший след, чтобы бродячие собаки или дикие свинки-пекари не разрыли гнездо. В сезон откладки яиц зелеными черепахами пекари за сотни километров собираются в Тортугеро, приходя через леса и болота из внутренних районов страны. Но сейчас пожива была не столь обильна, и на пляже нигде не было видно ни зверей, ни их следов.

Тут гид опомнился и яростно заорал:

- Какого дьявола ты все еще здесь? Немедленно вернись в деревню! Ты что, английского языка не понимаешь?

- Да-да, конечно, извините, - виновато пробормотал я, повернулся и пошел в Тортугеро.