Впрочем, обошлось. Вокруг Аржаана было выставлено оцепление, местных отогнали, золото увезли в Петербург. Тувинские власти до сих пор скандалят и просят вернуть национальное достояние. Но что попало в Эрмитаж, то пропало. Тувинцам отвечают, что хранить такое количество золота в республике, где даже у милицейских автомобилей на ходу свинчивают колеса, – затея глупая.

То же самое происходит везде, где сохранились неразграбленные курганы. В соседнем Алтае в 1993-м отыскали захоронение древней степной княжны. Огромный гроб из лиственницы был заколочен позолоченными гвоздями. Покойница лежала в позе спящей: под головой подушка, под щекой ладошка, сверху девушку накрыли меховым покрывалом. Ее кожа была сплошь покрыта цветными татуировками. Зубы умершая девушка оскалила в странной хищной ухмылке.

Чтобы увезти находку, археологам тоже пришлось вызывать автоматчиков. Алтайцы перегораживали машинам дорогу и кричали, что на тех, кто ворует трупы древних царей, обрушится небо. Мумию все равно увезли. Теперь она хранится в холодильнике Новосибирского института археологии. Однако после этого случая правительство Алтая все-таки наложило на раскопки мораторий и перестало допускать к себе археологов из столиц. Правда, целее курганы от этого не стали. Их по-прежнему грабят, только теперь не умники из университетов, а местные умельцы. За время, пока я ехал через степь и горы, мне попалось не меньше четырех типов с металлоискателями и лопатами.

3

Тыва – самое странное место из всех, что я видел. Она похожа на Марс: круглые вершины сопок, а между ними туман. Я пригрелся в машине и, чтобы не заснуть, изо всех сил смотрел в окно.

Прошлое человечества (вертелось в голове) – это прогресс и эволюция. Восхождение из тьмы к свету. Чтобы доказать, будто это действительно так, мне демонстрируют две картинки: откуда человек шел и где оказался. Между этими крайними точками и уместилась вся наша история.