Проезжая сейчас по горным седловинам, вы увидите остатки старых дорог Эфиопии, узких, вьющихся по крутым склонам независимо от подъема, радиуса поворота или угрозы оползней. Они предназначались для караванов мулов и верблюдов, и тех, кто когда-то строил эти дороги, очень мало заботил вопрос о том, сумеет ли пройти по ним автомобиль. Сейчас они изрыты глубокими оврагами, во многих местах провалились, размыты дождями.

Чем дальше вы углубляетесь в Эфиопию, тем чаще начинаете замечать, что и современные шоссе, построенные всего 10 лет назад, подвергаются той же участи. Нигде не заметно ни малейшей заботы о сохранности дорог, которые находятся в явно запущенном состоянии. Из-за спешки при строительстве дороге не дали осесть перед асфальтированием на тех участках, где полотно проходит по насыпи; теперь асфальтовое покрытие разбито, дорога разрушается, тропические дожди смыли не только плотный верхний слой, но и гравийное основание. Местами это шоссе, которым итальянцы еще так недавно гордились, выглядит, как только что вспаханное поле.

Со скоростью пешехода мы въезжаем на бетонные мостики, переброшенные через водоотводные рвы, опасаясь разбить на них машину. По обе стороны мостиков дорога провалилась, въезд на них скорее похож на лестницу, чем на шоссейную дорогу.

Когда мы собирались покинуть Адиграт на другой день после прибытия из Асмары, мы два часа безрезультатно ждали проставления печатей в паспортах. Вся наша радость от легкого предыдущего пограничного досмотра поблекла. Формальность, в большинстве случаев отнимающая всего несколько минут, в Эфиопии превращается в неразрешимую проблему. Вы ходите от одного чиновника к другому, но никто не правомочен поставить вам печать на паспорт. Вы уезжаете в полном убеждении, что администрация в Эфиопии необычайно неповоротлива. Прибыв в Аддис-Абебу, мы не раз еще имели случай убедиться в этом. Только прожив три дня в столице, мы добились проставления печатей — формальность, которая всюду выполняется тут же на границе.