Это заставило ее прошептать «О боже». Потом мы много часов провели в волшебной трубе, в полубессознательном состоянии перемещаясь от гейта к гейту, и наконец очутились на пляже Вайкики, где прогуливались среди бутиков с последними моделями от Живанши и Шанель и новинками японской порнографии, пока не вышли к морю. Серфингисты покоряли волны, на горизонте высился пик Даймонд-Хед, и солнце клонилось к закату, озаряя все роскошным пурпуром. Тут мы начали смеяться, потому что жизнь порой так забавна, не правда ли?

Но скоро настало время покинуть Япо… извините, Гавайи. Мы вернулись в аэропорт и прошагали мимо выходов, где скучали пассажиры рейсов до Осаки и Лос-Анджелеса, к выходу, где нас ждал самолет компании «Эйр Микронезия». И снова летели, но не к следующему континенту в Тихом океане, а на остров, который лежал еще дальше. У меня возникло чувство, как будто мы намеренно хотим исчезнуть. Тот, кто утверждает, что мир тесен, видимо, никогда не летал через Тихий океан. Тик-так, тик-так: часы и дни текли с мучительной монотонностью. Все вокруг было очень синим. Синее небо сливалось с синей водой, и так продолжалось до бесконечности. Синева и время заполонили все. Но наконец мы начали снижаться, а все вокруг по-прежнему было синим. Самолет летел совсем низко над океаном. Мне казалось, что я смогу коснуться воды рукой. Я видел гребешки на океанских волнах и чувствовал присутствие акул. Их тени были зловещими, каждая не меньше двадцати футов в длину. Затем кораллы выставили к небу свои пальцы, и мы приземлились, жестко ударившись о землю, а затем остановились. Мы прибыли на атолл Джонстона

Атолл Джонстона – худшее место на Земле. В 1960-е Соединенные Штаты Америки использовали его как полигон для ядерных испытаний, которые, понятное дело, в приличных районах самих Штатов проводить было нельзя. Не удовлетворившись тем, что атолл был частично взорван, Штаты решили его отравить. Именно здесь хранились и уничтожались такие чудеса экспериментов американских лабораторий, как нервный газ зарин