Выпустив из рук корзину с сеном, Александра уставилась на сына.

— Что же вы наделали, головы садовые? — забормотала она. — Чужое прихватили, тайком увезли? Всему же колхозу позор!

— Надо будет в газету написать, — сказал Гошка, посмотрев на Стешу.

— Что ж там в газету? Давайте прямо Казаринову скажем, пока он здесь, — подумав, сказала Стеша и предложила сейчас же разыскать директора совхоза и Кузяева. — Ведь так, тётя Шура?

Александра кивнула головой. Втроём они отправились искать Кузяева и Казаринова.

Кто-то сказал, что Кузяев пошёл домой.

Здесь Александра, Гошка и Стеша и нашли Ефима.

Нацепив на нос очки, тот сидел за столом, с озабоченным видом рылся в бумажках и щёлкал на счётах. Митька под диктовку отца что-то старательно писал.

— Что, Александра, опять насчёт кормов? — не поднимая головы, спросил Ефим. — Повременила бы, недосуг мне. Отчёт подбиваю, правление срочно требует.

— Вот именно, насчёт кормов, — усмехнулась Александра и спросила, видел ли Ефим директора совхоза.

— Был у меня с ним разговор. Сена просил взаймы. А откуда оно у нас? Сами еле перебиваемся.

— Что еле-еле — сущая правда, — согласилась Александра. — А сенцо-то совхозу придётся отдать.

— Это с какой же стати? — насторожился Ефим.

— Да ведь чужое сено-то. Не нами кошено, не нами сложено. Вот хоть Митю спроси…

Митяй ещё ниже склонился над столом и принялся часто клевать пером в чернильницу, хотя писать было нечего.

Сделав вид, что ничего не понимает, Ефим покосился на Александру:

— Загадки загадываешь?

— Могу и разгадать. — И Александра рассказала всё, что слышала от Гошки.

Сняв очки, Ефим тяжёлым взглядом уставился на сына. Потом, привстав, перегнулся через стол и отвесил ему увесистую затрещину.

Митька схватился за щёку и с ошалелым видом отскочил от стола.

— За что мордуешь-то?