Вскоре поезд преодолел перевал, спустился в долину реки Толы, и мы прибыли в Улан-Батор. Написав на картонке большими буквами аббревиатуру Экспедиции, я встал у выхода с перрона и вскоре отловил не только моих неведомых спутников, но и встречавшую их машину. Нас ждали банька, вкусный ужин и отдых. Путешествие явно начиналось не так уж плохо.
Штормовать в холодном море
В барже с глохнущим движком,
В ледяные лазить горы
Под тяжелым рюкзаком,
Через знойную пустыню
Пыль глотая, вдаль ползти,
На ветру полярном стынуть,
По трясине в дождь брести,
И, не жалуясь нисколько,
Средь глухой тайги скучать —
Я на все готов, чтоб только
Летом дома не торчать.
2. Социализм с верблюжьим лицом
Даже живя в городе, можно остаться хорошим человеком.
Мои невидимые попутчики в поезде Москва-Улан-Батор, орнитологи Игорь и Наташа, на первый взгляд совсем не были похожи на опытных «экспедиционных волков».
Наташа — миниатюрная девушка, с которой постоянно случались всяческие неприятности, а Игорь — интеллигентный очкарик с внешностью типичного кабинетного ученого. Позже, однако, я убедился, что они вполне уместны в «суровых условиях Центральной Азии», как говорят биогеографы.
Втроем мы отправились исследовать город. Находясь в Улан-Баторе, совершенно не чувствуешь себя за границей. Город выглядит точь-в-точь как какой-нибудь центр автономной республики в Сибири, вроде Улан-Удэ или Кызыла. Советская архитектура, советские автомобили, «новые монголы» на джипах, надписи кириллицей, наполовину понятные (кармен дуурь — опера «Кармен», например).
Свое нынешнее эротическое название (Улан-Батор означает «Красный Богатырь») город получил относительно недавно.