Олег Ананьевич со свойственной ему чуткостью приказал боцману выделить гаснущему товарищу швабру, но тщетно судовая трансляция взывала: «Воробышкину выйти на левый борт драить палубу!» – тот словно растворился в воздухе. Капитан предпринял новую попытку сохранить Воробышкину здоровье: предложил ему в порядке разминки перенести в пекарню мешки с мукой. Растроганный Воробышкин сердечно поблагодарил капитана и побежал к своим сотрудникам. Обладая большим даром убеждения, он в два счета доказал им пользу физического труда, и те все утро перетаскивали мешки, проклиная своего невесть куда исчезнувшего шефа.

История с Воробышкиным несколько повышает жизненный тонус Пети, и он начинает мечтать о том, что работа вот-вот пойдет и он сможет поедать завтраки, обеды и ужины с чистой совестью.

– Понимаете, – оживляется он, – главной целью нашего эксперимента является создание математических моделей циркуляции тропической атмосферы. Это не фантастика! В конечном счете мы сделаем скачок в понимании той роли, которую играет тропическая зона в снабжении теплом и влагой атмосферы умеренных широт… Кстати, спохватывается Петя, с подозрением глядя на меня, – вы представляете себе, что такое математическая модель?

Я уверенно киваю, хотя воображение рисует мне довольно смутную картину – что-то вроде хаотической груды кубов и треугольников из художественной продукции абстракционистов.

– Ничего вы не представляете, – констатирует Петя. – Это система уравнений, решение которой позволит изучить поведение атмосферы и получить ее количественные характеристики. Моя конкретная задача: пользуясь данными радиозондирования и метеонаблюдениями нашего и других кораблей, попытаться в такой степени разобраться в природе циркуляции атмосферы тропической зоны, чтобы сделать маленький шажок к построению математической модели, которая, как мне хотелось бы надеяться, не погибнет в архиве. И вот пока, – жалобно заканчивает Петя, – у меня ничего не получается, еле-еле сдвинулся с места!