--- Ну что, войска... Даю вводную! Один боец ранен и передвигаться не может. Есть такой вариант --- один остается здесь с Ольгой, остальные топают дальше. Потом двое налегке возвращаются за оставшимися.

Даю секунд тридцать--сорок на усвоение информации и оглашаю минусы:

--- При этом лагерь мы будем разбивать вообще непонятно когда, чуть ли не потемну... А тем, кто вернется, прийдется пройти девять километров, из них шесть дополнительных...

Все молча сопят. Шесть дополнительных --- это круто. Особенно в том состоянии, в каком мы все сейчас.

Есть, конечно, еще вариант, но мне хотелось, чтобы они сами до него додумались. Ситуацию спасает Ленчик, что и ожидалось, предлагая именно этот вариант:

--- Короче, распределяем ее вещи. Я рюкзак возьму, если у меня кто мой спальник заберет. А налегке Ольга дойдет. Дадим ей гитару и пустую канистру.

В плане походов Леня очень правильный мужик. Он всегда знает, что нужно делать. И делает это. Без понуканий и даже без намеков. И даже других застраивает. Причем успешно. При таком сержанте командир может ночью спать спокойно. Но сейчас не ночь.

Заметив, что у нас нечто вроде сходки или толковища, к нам ковыляет Ольга. Врубается в происходящее и начинает возмущаться в том ключе, что она сама дойдет, что не надо забирать рюкзак и т.д., и т.п.

Понятно. Сплошная диалектика. Единство и борьба усталости и самолюбия. Значит мне пора переходить к отрицанию отрицаний. То есть сказать командирскую речь. Говорю:

--- Так, тут вам не там! Капризы остались дома! Цыц, Малявка! На этой шхуне пока я капитан! Доктор сказал в морг, значит в морг! Приказано отдать рюкзак --- отдай! У нас военные учения! Зарница! Транспортируем раненного бойца! Дай мужикам возможность почувствовать себя крутыми! Все! Дискуссия окончена!

Дискуссия окончена. Обиды оставим до разбора полетов. Потом. А сейчас Леня производит перераспределение материальных ценностей, до того находившихся у Ольги за спиной.