— Вернутся? — переспросил он. — Кто знает? Этим рисункам, вероятно, не менее сотни лет. Однако здесь по-прежнему еще обитают дикие бушмены, если верить тому, что я читал. — Он повернулся к старику, ожидая от него подтверждения своим словам.

— Да, — поддержал его Гриммельман. — Что касается бушменов, то их, пожалуй, осталось немного, всего лишь несколько сот человек. Но есть еще и другие племена, смешанные, полудикие и полуцивилизованные. Их трудно отнести к какой-либо определенной группе, в том числе и к бушменам.

— Бушмены жили и в Родезии, — заметила Грэйс. — Так говорил мой дедушка.

— Знавал я этих бушменов, — продолжал старый немец. — Когда бродил по Юго-Западной Африке лет пятьдесят назад. Она еще была тогда немецкой колонией. «Попрыгунчики» — так их называли. Одни бушмены жили на побережье. Занимались сбором моллюсков. Другие — во внутренних районах страны. Низкорослые, не более пяти футов ростом. Не странно ли это, если хорошенько вдуматься? На земле в эпоху, когда человечество проникло в космос, все еще существуют люди каменного века.

— Как же, черт побери, удалось им выжить! — воскликнул Бэйн.

— Как и всем людям, — ответил Смит. — Они сумели приспособиться к окружающей среде.

— А ты считаешь, что это так просто? — возразил Бэйн. Завернувшись в одеяло, он тоже подсел к костру, пытаясь согреться.

— Ну, — засмеялся Смит, — может быть, я выразил свою мысль слишком сложно, но все это действительно так, и Гриммельман, надо думать, согласится со мной.

— Смит, конечно, прав, — подтвердил старик. — В настоящее время бушмены обитают в Калахари и Юго-Западной Африке. Они продолжают жить так, как жили еще в эпоху неолита. Охотятся совсем как австралийские аборигены, эскимосы или пигмеи Конго. Охота до сих пор для них — единственный источник существования. А ведь за это время выросли огромные города, образовались империи, прогремели мировые войны, возникла и развилась агротехника.