Вернулась к костру Лена и известила, что черника есть, целая полянка. Т.е. как минимум - полная кружка редчайшей, вкусной высоковитаминизированной ягоды. Этому светлому моменту посвящено полотно Эль Греко "Откровение Елены" (холст, масло). Координаты этой полянки Лена по глупости не утаила, поэтому мы с Игорем незаметненько и быстренько сбегали туда и очистили полянку. Для гармонии. Чтоб уж если хреново - так всюду должно быть хреново! Вернулись, радуясь сделанному сюрпризу, в лагерь и после обеда, прогревшись на солнышке, легли подремать в палатке, сыто улыбаясь. Народ очень долго искал ту полянку. Но помните, как сказано в Евангелии от Макара? "...Некоторые насмехались. Роптали страждущие. Иные же - уверовали."

Мы уж думали - они заблудились. И тут появился Леша в восторге: здесь (за семью лесами, за семью горами) черника есть! Много!

Исторический момент коренного перелома в поисках воссоздан на картине Рубенса "Первое благовещение преподобного Алексея". Только настроение испортил, какой уж теперь спокойный сон. Пришлось снова идти в разведку. В самом деле, вдоль лесных дорог в километре от лагеря росло много черники. А потом я услышал крики и увидел остальных счастливчиков, которые разорались, как майские рыбы и возвращались в лагерь. Подкрался, чтобы доесть то, что они не добрали и растерялся. Ягоды было очень много. Ну очень много. И крупная, прямо как будто от радиации. Съесть одному практически невозможно.

Пришлось обнаружить свое присутствие, запросив по рации помощь. Впереди простирались девственные черничные джунгли, где неломаные кусты склонялись до земли под гроздьями черной сочной ягоды. Ходить приходилось осторожно, некуда ступить - всюду ягоды. Поэтому вначале проедали проходы в зарослях, а потом уж пережевывали отдельные сектора полян...

Первой половине похода посвящен мой автопортрет-триптих: "У озера с осокою я стою и чмокаю", "В байдарке с дыркою я сижу и фыркаю" и "На полянке с травкою я лежу и чавкаю". Акварель.