- Вон, печать на билете.

- Чипсет, ты нам уважение сделаешь?

О! Здесь стоит особо пояснить, что слово "уважение", или "hермят", на государственном языке, в Азербайджане имеет и второй смысл: благодарность, а по сути дела, мзда, то есть если тебе чиновник поставил печать, доктор сделал укол, собес пересчитал пенсию, препод в институте поставил зачет и т. д., то ты ему должен сделать "уважение", то есть показать, что ты его уважаешь, и доказать это уважение материально. Короче говоря, гони бабки!

Я вышел из купе, подошел к Эмину, дрыхнувшему на верхней полке и объяснил ситуацию. Не с первого раза, но все же до его хмельных мозгов дошло, что к чему. Эмин пошел разбираться с ними.

Не знаю уж, чем он их запугал, он вроде, родственник какого-то прокурора, что ли? (то ли правда, то ли нет, а кто проверять пойдет), но менты документы наши отдали. В Азербайджане в частности, и в Пустыне, вообще, все спорные вопросы решаются тем фактором, у кого круче родственники и знакомые.

В России спор между гаишником и водителем ведется примерно так:

"Ты подрезал, ты превысил скорость" - "Нет, не подрезал, не превысил", и так далее.

А в Азербайджане : "Ты подрезал, ты превысил скорость". "Ну и что, ну подрезал, превысил. А я брат водителя прокурора, а у меня дядя в райисполкоме работает секретарем."

Те, кто попроще, говорят: "Ладно, да, командир. Керима из второй роты знаешь? Не знаешь? Ну, ладно, свои люди, сочтемся, сделаю тебе уважение." Дают ему ширван - два и едут дальше. А один случай знаю, ГАИ тормознуло тачку, и говорят водителю: "Я кушать хочу". Тот дает ширван орлу. "Мало. У меня в семье ведь четверо человек".

Не знаю, сколько человек в семье у того мента, но минут через пять он опять заявился в наше купе. Эмин чуть драться с ним не полез, я уже его останавливать стал. Думаю, ссадят здесь, в пустыне в прямом смысле этого слова. "А, так вот почему ты такой храбрый!" - сказал полицейский, указывая на початую бутылку водки. Отхлебнув рюмашечку огненной воды, страж порядка пожал нам руки и удалился.