- Родина, - пробормотал Эмин. - Вот она, твоя Родина, видишь, какие вещи делает.

Не могу сказать, что это был момент истины, просто скажу, что в этот миг я сказал себе сам: "Крепись, Чипсет, может быть, сейчас тебе тяжело, может быть, в этот год или два тебе еще тяжелее будет, но поезд, в котором ты едешь, держит правильное направление - на север. Вперед!" Вспомнилась песня группы "Ария"

'Прочь беги, пока хватает сил, беги!'

и песня БГ, весьма уважаемого мною человека:

`Самое время перейти эту реку вброд

Пока ты на этой стороне, ты сам знаешь, что тебя ждет'.

Такого беспредела нет ни в одном государстве! В кино про Зорро такого не было!

Мой попутчик снова залез на верхнюю полку и заснул под действием гянджинского "снотворного".

А поезд ехал дальше. Хачмас, Худат, Ялама - последний населенный пункт Азербайджана. Уже почти что полночь.

Поезд медленно подползает к границе. Кругом снег. Все - как в каком-то кино. Прокуренный вагон. Жарко - вовсю шурует отопление. Иные сняли рубашки. Свет притушен, все фигуры едва различимы в полумраке. В поезде какая-то напряженная тишина, затишье перед бурей. Пассажиры шепчутся, переглядываются, смотрят в окна. Кто-то успокаивает плачущего ребенка. Некоторые спят, посапывая, как и мой попутчик.

За окном появляются фигуры вооруженных солдат в шинелях с поднятыми воротниками. Солдатики худенькие, щуплые мальчишки, это видно по их приталенным шинелям. Бедненькие, в такую пургу торчать в поле! Справа по ходу от поезда, на расстоянии двадцати метров, вагончик. Это автомобильный КПП. К нему подъезжает военный УАЗик, на фоне белого снега отчетливо видны движущиеся фигуры военных.

Минут десять зловещей, гнетущей тишины. Наконец, где-то слышен отдаленный стук, - видимо, открывают двери, где-то голоса, отдаленные, но кричащие.