Миновалось три дня по отилытии нашем из Охотска — и робость моя исчезла, тошнота прошла, во мне явилось желание увидать поскорее берега Камчатки.

Во все время плавания по Охотскому морю, мы не встретили штормов или продолжительно-противных ветров; в противном случае нам бы пришлось плыть до Камчатки недели три, а может быть и более. Ветры большею частью были попутные, и погода благоприятствовала успешному ходу нашего судна.

На 8 день нашего плавания мы увидели непрерывную цепь гор с снежными вершинами, представляющимися издали в виде белых палаток раскинутого лагеря. То были берега Камчатки.

Обогнув мыс Лопатку, мы стали приближаться к Петропавловскому порту, где встретили с Авачи противный ветер, который потом утих, и за ним последовал штиль. Находясь кругом в берегах и не имея возможности лавировать, мы принуждены были, в ожидании благоприятного ветра, бросить якорь на большом рейде, чтоб течением не прибило судна к берегу. Цепь загремела и гул протяжно прокатился по высоким горам. Время было довольно темное; кой-где в стороне виден был свет от горящих сопок; вокруг царствовала глубокая тишина, и это торжественное молчание ночи изредка нарушалось или падением камня, сорвавшегося со скалы и глухо ударявшегося об воду, или воем голодного волка, повторявшимся в ущельях гор, и потом снова все погружалось в мертвый сон.

Штиль продолжался во всю ночь. На отдаленном горизонте начинала заниматься заря. Мы известили жителей Петропавловска о своем прибытии, сделав сигнал выстрелом из пушки, и требовали лоцмана с катером для буксировки судна. Немного времени спустя, явился лоцман с 2-мя катерами, которые повели судно в гавань.

Мы прошли песчаный мыс. Первым встретившимся нам предметом была батарея, сделанная из земли, вроде вала, с окнами, из коих выглядывали четыре медные пушки; потом взошли в круглую спокойную гавань, и стали на якорь в глубине 5 саженей. По правую сторону гавани расположено было 80 домов, возвышалась одна церковь, стоял бот для разных посылок, и весь берег был покрыть собаками, кои служат жителям Камчатки вместо лошадей — вот Петропавловская крепость.