Царское правительство, чтобы держать «инородцев» в полном себе подчинении, спаивало их водкой и спиртом. А пьянство, как известно, порождает и другие пороки. Такова была культура, насаждавшаяся в прежние годы царизма в сахалинской тайге.

Не желая организовать гиляков, не принимая никаких мер для их просвещения, старый строй делал все возможное, чтобы туземцы пребывали в постоянной нищете. Организованный гиляк был страшен правительству каторги так же, как сознательный рабочий.

Не получая никакой поддержки и помощи, гиляки жили древними таежными способами, которые иначе, как первобытными, не назовешь.

Поймал рыбу, наелся — сыт.

Подстрелил зверя, сменял ценную шкуру на водку — пьян.

Не удалось раздобыть того и другого — значит, голод. Гиляки, предоставленные в своем промысле воле стихии, знают, что если нет юколы, — значит, беда. А в чем кроется причина недостатка юколы? В недолове рыбы. Отчего происходит недолов? Оттого, что отстающий от жизни не меньше чем на век туземец вынужден ловить рыбу древними способами. У него нет современного снаряжения, он даже не знает толком о его существовании.

Почему же казна не помогает? Разве советская казна не поддерживает в первую голову бедняков? Конечно поддерживает, отвечал я сам себе на вопрос, но для этого им надо соорганизоваться в коллектив и всем вместе заявить ходатайство о поддержке со стороны государства.

«Коллектив» — это слово по-иному звучит в дьявольски далекой глуши, где люди живут первобытным укладом. Но почему бы гилякам не организоваться в коллектив? У них достаточно много для этого предпосылок. Не они ли делятся друг с другом всем, что имеется у них в юрте? Не у них ли крепок обычай ни в чем не отказывать человеку, который просит?