Может быть, это всадник возвращался обратно?

Нет. Это был простой деревенский парень верхом на своей лошаденке, тот самый, что проезжал здесь час назад и доставил такое разочарование красавице Марион Уэд.

Это был лесоруб Уилл Уэлфорд.

– А, Бет! Это ты? – закричал он, подъехав ближе. – Ведь я только что видел тебя дома, в твоей избушке! Что это тебе понадобилось здесь?

– А отец тут же вернулся, только ты уехал. Он, верно, шел лесом, и вы разминулись.

– Похоже, так оно и было, – отвечал парень, явно подозревая какое-то увиливание. – Да только ты не ответила на мой вопрос. Я спрашиваю тебя: как ты попала сюда, на эту дорогу?

– Я... Ах, ты про меня спрашиваешь, Уилл?

– Ну да. А про кого же еще, как не про тебя, Бет?

– Отец привез из Эксбриджа письмо для мастера Голтспера. Он очень устал с дороги, а так как ты угнал его лошадь, он и послал меня в Каменную Балку.

– В Каменную Балку! Да разве эта дорога ведет в Каменную Балку? До нее отсюда по меньшей мере полмили.

– А я сначала пошла туда. Мастера Голтспера не было дома, а его немой слуга показал мне знаками, что он поехал в эту сторону и скоро вернется. Вот я и пошла ему навстречу. Отец сказал, что письмо очень важное, и велел тут же передать в руки мастеру Голтсперу.

– Так ты его видела, Голтспера?

– Видела, Уилл. Я его встретила под старым буком.

– Ну, и что же ты сделала?

– Отдала письмо. Что же я еще могла сделать?

– То-то же! Кто тебя знает, Бет Дэнси... Очень уж ты любишь бегать по чужим делам, а в особенности для мастера Голтспера! Что, разве я не правду говорю?

– Я бегала по поручению отца. Как же я могла не передать письма, раз он меня за этим послал...

– Ну ладно, ладно! – перебил ее ворчливый поклонник, по-видимому удовлетворенный этим объяснением, которое несколько успокоило его ревнивые подозрения. – А ну-ка, полезай, садись сзади! Подушки-то у меня, правда, нет, да это тебе нипочем.