— Они оправдали старшего офицера и штурмана, — сообщил он.

Капитан воспринял это известие внешне спокойно и не произнес больше ни слова, не желая выдавать своей радости от такого поворота событий.

Бедлстоун приложил к глазу подзорную трубу, и Хорнблоуэр невольно обратился взглядом в ту же сторону. К барже приближался большой баркас под двумя парусами. С первого взгляда Хорнблоуэр определил принадлежность баркаса к линейному кораблю, скорее всего трехпалубному, судя по очертаниям носа и размерам.

— Ставлю гинею против шиллинга, — заговорил Бедлстоун, не отнимая от глаза свой инструмент, — что у вас скоро появятся попутчики.

У Хорнблоуэра непроизвольно сжались в кулак вальцы, настолько сильно жаждал он в эту секунду завладеть подзорной трубой.

— Точно! — воскликнул Бедлстоун с нескрываемым удовлетворением, словно не замечая умоляющего взгляда соседа. — Это к нам!

Отвернувшись, он принялся выкрикивать команды своему немногочисленному экипажу: выбросить за борт кранцы и привести баржу к ветру, чтобы ослабить толчок при швартовке баркаса.

Теперь уже Хорнблоуэр не нуждался в подзорной трубе, он и невооруженным глазом мог разглядеть сидевших рядом на кормовой банке Буша с непокрытой головой и понурого Мидоуса. Ближе к носу расположились остальные офицеры с «Пришпоренного», но были в баркасе и другие, которых он не знал.

Несколько секунд спустя баркас развернулся по ветру и мягко пришвартовался к борту «Принцессы».

— Куда направляетесь? — окликнул сверху Бедлстоун.

— Вы доставите нас в Англию. Ордера имеются, — ответил за всех Буш и добавил: — Мы поднимаемся на борт.

Бедлстоун надулся от злости, не услышав положенного в таких случаях «с вашего позволения, капитан», и пару секунд не мог даже произнести ни слова, но баркас за это время успел уже прочно пришвартоваться к барже.

Сразу же стало заметно, насколько сильно качает «Принцессу». По сравнению с ней баркас казался прямо-таки оплотом стабильности. — После небольшой заминки на палубе появился Мидоус, а следом за ним Буш.