Более веселой и приветливой публики, чем здешние монахи, я еще не видел. Ну конечно, я здесь первый "урусу", и меня представляют главе секты, настоятелю монастыря. Вылитый персонаж средневековой китайской гравюры "Пять добрых богов - веселых старцев". Ночую в келье. В окне луна в первой четверти, светящиеся окошки на верхних этажах башен и перезвон колокольчиков на ветру. а ночь теплая, хоть и 3800 м.
24.07. Еду попуткой в Шигацзе. На перевале мотор перегрелся, и пришлось заливать в радиатор чанг - тибетское пиво, нечто среднее между хорошей брагой и плохой медовухой. Шигацзе - прелестный городок. Первый раз вижу место, где тибетцы заходят в китайские ресторанчики и наоборот, а китайский и тибетский кварталы не разделены. Над городом, под скалистой горой - сказочный дворец монастыря Лабранг. Это второй в мире по значению ламаистский монастырь и летняя резиденция панчен-ламы, своего рода вице-короля ламаистского мира.
Вхожу в ворота и поднимаюсь по крутому мощеному двору к золотым крышам храмов. - Хэллоу! - кричат монахи. - Та-ши-де-ле! - Where are you from? У-ру-су.
Что тут началось! Последними российскими гражданами в Шигацзе были буряты Гамбоев и Цыбиков, но про них за 90 лет все забыли. Я удостаиваюсь аудиенции у настоятеля. Он такой же симпатяга, как все ламы. Рассказываю ему про Кирсана Илюмжинова, провозгласившего Калмыкию буддистской республикой. Потом переводчик, монах лет 12, ведет меня в сокровищницу монастыря.