— Принеси ей оладушек с солью, — сказал Даше Никудин Ниоткудович.
Королева вкусное угощение взяла, нов огромных ее глазах стояли слезы.
— Да что это с тобой? — встревожился Никудин Ниоткудович.
Поглаживая Королеву, он завел ее в хлев. Даша принесла ведро, села подоить корову, но молока не было.
— Вот оно что! — сказал Никудин Ниоткудович. — Выдоили нашу Королеву.
— Леший? — испугалась Даша.
Дедушка совсем огорчился:
— Зачем винить виновного? Это дело нечистых рук.
— Дедушка, можно я постерегу Королеву?
Никудин Ниоткудович подумал-подумал и согласился.
— Постереги, Даша. С Королевой ты скоро Златоборье узнаешь.
АЛТЫРЬ-КАМЕНЬ
Даша проснулась от испуга, от разбойного крика. Скворец Дразнила сидел ан подоконнике и, топорища крылья, орал что было мочи:
— Ай-дабаран! Ай-да-баран!
— Какой баран? — спросила Даша, протирая глаза.
— Уймись, Дразнила! — не одобрил выходку скворца Никудин Ниоткудович.
Скворец ангельским голосом вывел чистую высокую ноту и улетел.
— Какой баран? — опять споросила Даша.
— Это он лесничего Велимира Велимировича передразнивает. В прошлом году приезжал с трубой на звезды смотреть. У вас, говорит, в Златоборье воздух прозрачный. Про звезду Альдебаран все рассказывал, а Дразнила подслушал и переиначил. Я со стыда сгорел. Велимир Велимирович человек солидный, а Дразнила сядет где-нибудь по близости и орет: «Ай да баран!».
Даша в окошко увидела, что Королева на лугу, молоко и хлеб на столе — молоко выпила, хлебушком закусила. А Никудин Ниоткудович ей сумку подает.
— Это тебе на полдник. Среди дня я Королеву не дою. Дою утром да вечером. Походи с Королевой, она тебе весь лес покажет.
Даша хотела спросить, как быть, когда появиться тот, кто корову выдоил. Не спросила. Если дедушка отпускает в лес, значит ему за внучку не боязно.