— Давай меняться, Эмир. Ты мне отдашь Попку, а я тебе дам леденец. Он кисленький такой!

Слон медленно приблизил ко мне хобот и осторожно взял с ладони липкий леденец. А я — сразу к картонке.

— Дур-р-рак! — каркнул Попка изнутри.

Я поклонился слону, чего я обычно никогда не делаю, и медленно, шаг за шагом стал пятиться к забору. А слон размахивал хоботом и всё поглядывал на меня своими маленькими глазками. Мне даже показалось, что он смеётся надо мной.

Перескочив через забор, я прежде всего достал носовой платок и вытер пот со лба. А потом уже припустился домой.

Но обидно всё-таки! Я ведь так и не узнал, как дрессировать Попку. Должно быть, из этого у меня ничего не выйдет. А в классе меня обозвали задавалой, когда я им рассказал про свои злоключения в цирке. Но ведь я всё в точности описал им, ни словечка не присочинил. Да и на цирковых афишах каждый может прочитать: «Гвоздь программы — Бамбино! Непревзойдённый наездник!»

Обязательно пойду его смотреть. Но мне до сих пор никто не верит, что директор принял меня за Бамбино. И не верят, что я уже совсем неплохо умею ездить верхом на настоящем пони…

Как я попал в „комнату страхов“

Недавно в нашем городе устроили ярмарку. Ну там карусели, силомеры, «чёртово колесо» и всякие другие аттракционы.

Мы, ребята, конечно, страшно обрадовались. Но мама меня не хотела пускать.

— Уж очень много денег это стоит, — сказала она. — Да и опасно на «чёртовом колесе».

Я сразу заметил, что папе и самому хотелось пойти, правда, у него было какое-то заседание. Тайком он сунул мне марку и шепнул:

— Маме не обязательно об этом говорить!

А когда я выходил из дому, мама мне ещё пятьдесят пфеннигов в карман положила.

Было нас четверо — Эрвин, Петер, Бруно и я. Сперва мы носились как угорелые между палатками, каруселями и ларьками.