Однажды лис крался в тени садовой изгороди и услышал вверху над собой злобное шипение, скоро оно сменилось самым устрашающим урчанием. Лис в изумлении отскочил назад и поднял голову. На изгороди шипел и урчал сероватый, с темными полосами маленький зверек — у него была круглая голова, круглые, зеленоватые, горящие глаза, длинный пушистый хвост и выгнутая дугой спина. Злобный шип и яростно горящие глаза сразу заставили лиса вспомнить тот ужасный день, когда из кустарника выскочила рысь. Зверек, сидящий на изгороди, был куда меньше рыси, он не мог с нею и равняться; Рыжий Лис чувствовал, что в честном бою он, несомненно, осилит этого незнакомца без особых стараний. Но проверить свои предположения на деле ему отнюдь не хотелось. Несколько мгновений он смотрел на это существо, еле сдерживая нервную дрожь. Понимая, что противник трусит, кошка стала медленно приближаться к нему по изгороди; она шипела, плевалась, урчала и завывала с дьявольской злобой. Рыжий Лис не двигался с места до тех пор, пока кошка не оказалась на расстоянии пяти-шести футов от него. Затем он отскочил назад и с позором удалился; увидя, что лиса не стало, кошка в ту же секунду бросилась к дому с такой поспешностью, словно за нею гналась тысяча чертей.

Среди людей, которых наблюдал в ту пору лис, двое производили на него особо сильное впечатление — он отличал их ото всех других. Одним из них был фермер-охотник Джэйб Смит, владелец черно-пегого ублюдка — тот самый Джэйб Смит, чей выстрел был причиной гибели отца Рыжего Лиса. Последнего обстоятельства Рыжий Лис, конечно, не знал — впрочем, если бы и знал, то, надо признаться, он вряд ли придал бы этому большое значение. Однако каким-то таинственным образом юный лис сознавал, что из всех людей, живущих в округе, Джэйб Смит самый страшный и самый неумолимый — его надо как можно тщательнее изучать и при этом столь же тщательно избегать с ним встречи. Именно от Джэйба Смита рыжий исследователь получил первые понятия о ружье.