После этой непривычной охоты Стрелка растянулась на солнцепеке. Она грелась и зализывала лапы. Ей было тепло, покойно.

Пестрый же бегал вокруг стога и обнюхивал кусты, деревья. Поискав, он понял — нет здесь мусорных ящиков, а еду нужно добывать. И убежал к городу. Вот речка. Подо льдом она тихо шумела.

Он глядел на город.

Поднимался дым, пахло машинами и мусорными ящиками, полными еды. Где еда, там и нужно жить.

Подошла Стрелка и села рядом. Она скулила, зовя его. Побежала в лес. Пестрый тяжело потрусил за ней — он не привык еще к легкому быстрому бегу зверей, живущих в лесу. Но уже сделал выбор!

В лесу пошла его новая жизнь, полная охот, игр, любви, удач, неприятностей.

Снежная Весна на его глазах проникла в лес — проталинами. Затем пришла Голая Весна с набухшими почками, с очнувшимися комарами, с прилетевшими горихвостками.

Выбегали на солнцепек муравьи, рыжие и черные, расцветали желтые мать-и-мачехи, летали бабочки — лимонницы и крапивницы. Оживали мухи. Они садились на кончик носа, нахально лезли в уши.

А после Голой Весны закричала кукушка о том, что идет-идет Зеленая Весна.

Собаки видели, как женились барсуки, по-весеннему играли зайцы, токовал глухарь и селезни, ухаживая за утками, шавкали на лужах.

На токах хохотали белые куропатки, а мелкие птицы завивали гнезда.

Охотиться на лесных зверей и птиц, по-весеннему шалых, было легко.

Мышей Пестрый ловил шутя. С дичью покрупнее приходилось труднее, но Пестрый соображал. Это он, а не Стрелка проследил перелеты тетеревов на ночевку, он предложил охотиться на барсука, он выгнал из норы, щипля за ляжки, крупного лисовина.

Нора стала свободной, они поселились в ней.