Шурик подошел ко мне с мемориальной доской.

Я прочитал надпись и расхохотался:

«Здесь до революции гостил Лев Толстой и беседовал с Антоном Лариным. Охраняется, как памятник старины, государством».

— Быстрей все закрась, кроме последней строки, — сказал я. — Толстого здесь никогда не было!

— Это почему же?

— Потому что при расследовании надо владеть логикой. Как Шерлок Холмс. Чем дед Антон угощал Толстого?

— Щами с мясом… и кашей с салом, — сказал Шурик.

Тогда я как можно таинственней рассказал ему, что Толстой не употреблял мяса, а ел овощи, хлеб и мед, и что дед Антон тоже так питается.

Шурик спросил:

— Может, напишем: «Возможно, здесь гостил»… А?

— Очковтирательство, — сказал я.

— Ну, тогда: «Остановился бы, если бы проехал мимо». Ведь не мог бы не остановиться. Ведь красота, не избушка! — канючил Шурик.

Но тут начался митинг.

Все произошло быстро. Председатель прочитал заметку, найденную мной, и справку про колодец, отданный дедом людям. Все закричали «ура», и многие трясли деду Антону руки.

— Не годится нам забывать своих героев, и молодцы ребята — ученики нашей школы, что занимаются важным делом. Голова у них на плечах имеется. Это — точно. Спасибо им!

После того как все разошлись Шурик спросил у деда Антона:

— Дедушка, а зачем вы все-таки вели с нами эту игру?

— Как зачем? — удивился дед Антон и простодушно ответил: — Чтобы поиграть. Скука же вам без игры.

Шурик тут же вспыхнул:

— А у нас в деревне есть еще, ну, так сказать, дедушки, которые что-нибудь спасали или тушили?

— Вот Степка Козлов, ровесник, тоже одинок… Печь бы ему надо переложить, — сказал дед Антон, подумав.