Но ушли тучи, разъяснило, вода быстро скатывается, и реки смиряются.

А вот на степенно-больших низменных реках, куда в конечном счете собираются воды с обширной горной территории, картина движения вала иная. Обладая широченной придаточной системой с бесчисленными протоками, старицами, озерами, марями и торфяниками, такая река не позволяет уровню рваться вверх бесконтрольно, как бывает у горных рек. Но он поднимается неуклонно, долго, и в конечном итоге высоко поднимается, а после своего пика снижается опять-таки медленно и долго: 15–20 сантиметров в сутки, редко когда 30–40.

Амур в наводнение страшен. Затапливаются сенокосы, гибнет застогованное сено и скот, уничтожаются пашни, сносятся дома и мосты, размываются дороги. Бывает, спасение людей не обходится без помощи воинских подразделений и вертолетов… А как много тонет косуль, енотов, лисиц и других диких животных.

Влияние же наводнений на рыб совсем иное. В половодье они используют ранее недоступные пространства, воды густо насыщаются массой органического веществ? Для рыбы большая весенне-летняя вода — благо: резвись себе на просторе, нерестись, нагуливай тело. Кормов на обширных разливах — каких угодно и в полном достатке вода гораздо чище, чем в русле. Рыбаку в половодье нет удачи, а для рыбы это счастье. После многоводных лет ее поголовье многократно возрастает. Особенно когда уровень не прыгает, а спокойно высок и изменяется медленно.

А вот низководье для рыбы настоящая катастрофа: виды, откладывающие икру на растительность, не размножаются месяц, другой, бывает, и совсем нет им для этого условий.