«Лысуха» еще раз вернулась к илистой отмели. Матт спрятался за растущей грудой брошенных припасов, для которых на борту не оказалось места. Ему было не по себе не столько от запаха сточных вод, сколько от бессердечного смеха толпы.
Наконец, перед самым полднем, они отчалили, и «Лысуха» произвела потрясающее впечатление, когда нырнула под своды моста Нью-Бридж, сопровождаемая флотилией из тридцати шести буханок хлеба, мокрых и разбухших от воды. Буханки эти провалились сквозь дно картонного ящика, поднятого Эроном с мокрого днища лодки и неосторожно поставленного для просушки на покатую палубу кормы.
Около мили я сопровождал их на велосипеде, двигаясь по прибрежной тропинке, затем помахал им вслед и возвратился в город, где вместе с остальными жителями Саскатуна стал ждать сообщений о продвижении «Лысухи». Наша газета превзошла саму себя, так как, желая должным образом освещать происходящее, она завербовала в специальные корреспонденты всех паромщиков по реке. Один паром отстоял от другого примерно на десять миль. Это были квадратные баржи, снабженные деревянными подводными килями, которые можно было разворачивать под некоторым углом к течению, так чтобы давление воды на эти лопасти заставляло паромы двигаться поперек реки, туда и обратно, а стальные тросы, протянутые с берега на берег над самой поверхностью воды, направляли и удерживали паромы на курсе. Паромщики были, как правило, фермеры с очень скудными сведениями о более многоводных реках, чем их река, а поэтому представитель газеты, который посетил их, сам родом из приморского города, дал каждому подробные указания о том, как следует докладывать о торговом судоходстве.