Вот о чем думал Рыжик, возвращаясь из булочной. Сегодня на летучке Редактор Отдела сказал, что его статья навлечет на журнал Гром и Молнию, и Рыжик просто не знал, как быть дальше. А когда вдруг на лестнице услышал внутри себя тоненький голос, то испугался, что от неприятностей у него уже начинаются завихрения. Но тут он заметил щенка и решил, что тот просто громко скулил, а ему померещилось.

Рыжик покачал головой и стал подниматься по лестнице. Щен побежал следом, и когда Рыжик открыл дверь в свою квартиру, вошел за ним, уже не таясь. А Рыжик подумал: «Пусть пес переночует. Все-таки не так тоскливо». Он недавно получил однокомнатную квартиру, и в ней было еще довольно пусто: в комнате стояли тахта, письменный стол и стул, а на кухне — белый шкафчик для посуды, две красные табуретки, да над раковиной висела металлическая сушилка с одной чашкой, одной тарелкой, эмалированной мисочкой и множеством стеклянных консервных банок разных калибров и размеров, которые по мере надобности заменяли недостающую посуду.

Щен проскользнул в комнату, залез под секции отопления и, дрожа, начал обсыхать. Рыжик прошел на кухню, накрошил в эмалированную мисочку булку, налил туда молока и отнес Щену. Тот вылез из-под батареи отопления и принялся есть, стараясь не отрывать свой маленький мокрый зад от теплых труб. А Рыжик вылил в стакан остатки молока, отломил кусок булки и задумался.

Собственно, следовало браться за новую статью, но он очень устал и решил немного соснуть. Поэтому он допил молоко, доел булку, прошел в ванную, умылся, почистил зубы (Рыжик всегда умывался и чистил зубы перед сном!) и улегся спать.

Но только он натянул до подбородка одеяло, как услышал внутри себя негодующий голосок: