– Это немыслимо, Долорес,– ответил он.– Вы не можете думать…

– Уверяю вас, что моя голова работает достаточно хорошо. Но я бы ничего не имела против того, чтобы стать каким-нибудь маленьким ручным животным, хотя бы кошкой с рыжими глазами. Поэтому, Монтес, вы должны уметь обращаться со мною, или я начну царапаться.

– Что ж, я предпочел бы, чтобы вы царапались,– сказал Монтес.– Мужчине нравится, когда женщина одно мгновение любит его нежно и страстно и сейчас же готова вцепиться ему в волосы.

– Вы, конечно, испытали это, сеньор? – ответила она насмешливо.– Вспомним хотя бы маленькую Альву. Вы восхищались ею. Может быть, она…

– Она очаровательна,– заметил он спокойно.– Я буду искать у нее утешения.

Долорес сделала рукой резкий, страстный жест, непохожий на ее обычные, медлительные движения. Ее сонные золотистые глаза загорелись.

– Вы ухаживали за ней? – спросила она.

– Неужели, Долорес, вы думаете, что хотя один мужчина может устоять перед этой девушкой?

– И вы не устояли? – спросила она с высоко подымающейся грудью.

Монтес сбросил с себя напускную веселость.

– Нет, Долорес, я устоял. Последнее время моя жизнь похожа на ад. Мне кажется, что любовь к вам переходит в ненависть.

– Нет! – воскликнула она, протягивая вперед руки.

Монтесу удалось всколыхнуть ее.

– Долорес, скажите мне правду,– сказал он, беря ее за руку.– Вы еще ни разу не были откровенны со мной.

– Я верна своей семье. Она выбрала Пиреца мне в мужья еще до того, как я узнала вас. Это решено. Я выйду за него. Но…

– Но… Долорес, вы любите меня?