— Хорошо, говорят тебе! Устай, Бог тубио, момче! — не утерпел Зорин и заговорил на родном языке. — Устай, вуци те заколью!

Мухомор продолжал улыбаться. Изан-бея, видимо, мучила эта сцена, и он хмурился. Неранчич же, сидя в стороне, беззаботно играл своим кинжалом: то вынимал его из ножен, то вновь вкладывал, а при последних словах брата засмеялся и проговорил:

— Что ж ты, братку, все кричит "устай, устай"! Уж ты лучше запой по-сербски, как поют юнаки:

Устай, устай, србине, Устай на оруже!

А то еще лучше:

Устай, устай, Черноморе, Ходи до острога!

— Полно тебе паясничать, брат! — рассердился Зорич и хотел было еще о чем-то спросить Малеева.

Но в это время походкой крадущейся кошки вошел в комнату стряпчий Небосклонов, держа в руке треуголку, а под мышкой портфель и почтительно кланяясь присутствующим.

— Имею честь рекомендовать: губернский стряпчий господин Небосклонов, — сказал Малеев.

Стряпчий еще раз поклонился и таинственно сказал, обращаясь к последнему:

— На пару слов, Иван Иванович.

Малеев подошел к нему, сказав остальным: "Извините, господа".

— Вам что угодно? — спросил он.

— Нашел-с, — шепнул стряпчий, лукаво улыбаясь, — еврика-с.

Они отошли за драпировку.

— Что нашли? — спросил Малеев.

— И товар-с, и фабрику-с.

— Как! У Зановича?

— У него-с товарцу немного, несколько сотен сторублевых-с… Зато фабрика-с…

— Инструменты.

— Инструментики-с и бумажечки с иголочки-с, только не доконченные-с.

— А где нашли?

— Под полом-с, в ванной комнате, под ковром-с.

Малеев задумался было, но тотчас сказал:

— Значит, в силу секретной инструкции мы должны и с генерала, и с его гостей взять подписку о невыезде.