Почему с давних времен, с самого появления организованных обществ и независимо от того, каковы были моральные и религиозные основы этих обществ, существовали два положения: одно – для законных детей, другое – для незаконных?

В этом отношении показательна юридическая терминология. Внебрачный ребенок, чтобы стать узаконенным, должен быть признан (не принят, подтвержден, выбран, обретен, избран, а именно признан). До этого он не был таким же, как другие дети.

Неудивительно, что существа, которым не досталось ни места, ни милосердия в рамках установленного порядка (которые не существуют и не имеют ничего, если вновь воспользоваться выражением Сартра), познают желание установить новый порядок; что они бывают непокорны законам своего общества; что они легко ладят со всеми, кто из-за своего нрава или по воле рока оказался вне закона; что они, подобно Ромулу, увлекая за собой воров, разбойников, рабов и обездоленных, пытаются основать свой собственный город – в другом месте; что они таят вражду к своим матерям за то, что были рождены в таких позорных условиях; что они распространяют это злопамятство на весь женский род; что они стремятся соблазнять цариц и низводить их до положения блудниц; что судьи, правители, должностные лица, начальники и прелаты обычно им глубоко противны; что они обходятся без помощи священников: вопрошая непосредственно Бога, облечены ли они на этой Земле какой-либо определенной миссией, и, если ответ представляется им отрицательным, они оставляют за собой право отрицать само существование Бога.

Ибо это – самый главный вопрос, который они задают из тысячелетия в тысячелетие. Кто они: всего лишь несчастные плоды страсти или все-таки они родились для чего-то еще? И ответит им только молва об их собственных делах. Древняя эпоха, видимо, полагалась на эти дела.