Фуше тут же был обвинен придворной камарильей в достойной наказания неспособности, тем не менее – вопреки надеждам группы Талейрана Наполеон не убрал "князя полиции" с поста. Бонапарте никогда не позволял управлять собой какому-либо придворному "лобби", давить на него, вопреки мнению Бонапарте, было практически невозможно. А по мнению Наполеона Фуше был самым великолепным полицейским мира с тех пор, как полиция вообще появилась, что полностью соответствовало истине.

В свою очередь, шуаны, которые в течение нескольких дней чувствовали себя словно человек, которого неожиданно трахнули по голове дубинкой, сумели прийти в себя и организовать новые конспиративные квартиры. И все же, крах 6 декабря не остался без последствий – по невыясненным причинам Гид де Невиль вышел из игры. Тогда во главе сетки встали два самых опасных роялиста в Париже: тридцатичетырехлетний бывший офицер флота Пьер Робино де Сен-Режан [Некоторые письменные источники того периода дают другое написание: Робине де Сен-Регент] и тридцатидвухлетний модник с аристократическими манерами, шевалье Жозеф Пико де Лимулен. К этой паре присоединился некий парижский индивидуум, бывший моряк и поставщик оружия заговорщикам со стороны Кадудаля, Жан Франсиск Карбон (псевдоним "Малыш Франсиск").

Названная троица решила заменить мало эффективные, по их мнению, ружья, более действенным изобретением Шевалье, "адской машиной".

17 декабря, переодевшись бродячими торговцами, заговорщики отправились на улицу Месле, где за 200 франков купили у торговца зерном Ламбеля небольшую тележку и дохлую гнедую клячу. 20 декабря кузнец Легрос подковал лошадь, а двумя днями позже бочар Баррору установил на тележке деревянную бочку, окованную 10 железными обручами.

Покушение было назначено на 24 декабря 1800 года. Это была среда. Вечером этого дня в Опере, тогда еще называемой Театром республики, должна была состояться торжественная премьера оратории Гайдна "Сотворение мира" с оркестром из 250 музыкантов и великолепными солистами: Гаратом и мадемуазелью Барбье-Вальбон.