- Вот, возьмите, возьмите, - сказал главный повар, протягивая им в окно каравай хлеба. - Берите и скажите Лене спасибо за угощение!

В эту самую минуту из ближнего леса донеслись звуки рожка, лай собак и топот копыт. Это возвращалась во дворец королевская охотничья свита. Охотники поскакали напрямик по лугу, не обращая внимания на овец, которые шарахались в стороны. Впереди скакала сама королева. Хороша была она, что правда, то правда. Придворные говорили ей, что краше ее не сыскать во всем королевстве, и лжи в этих словах была лишь самая малость. Правда и то, что она была ужасно злая. За спиной придворные называли ее самой злой женщиной в семи королевствах, и в этом не было ни капельки вранья.

Главный повар увидел королеву слишком поздно, он стал белее своего колпака и отпрянул от окна. Но королева уже заметила его.

- Это что еще такое, - закричала она, - никак ты раздаешь нищим королевский хлеб?

Она подъехала к трем старухам и бросила на них грозный взгляд.

- Что это за сброд? И не стыдно вам слоняться возле моего дворца и клянчить милостыню у моих слуг?

- Мы пришли не просить милостыню, - сказала одна из женщин, - а раздавать дары.

Королева засмеялась громко и насмешливо:

- Вы только послушайте этих побирушек! И кому же вы собираетесь раздавать свои драгоценные подарки?

- Тому, кто их достоин, - ответила другая женщина.

- Подумать только! - воскликнула королева. - И кто же их достоин?

- Не ты, королева, - ответила третья.

Тут королева подняла хлыст, чтобы ударить их, но хлыст сломался пополам.

- Травите их собаками! - приказала она слугам.

Но собаки не стали слушаться, поползли назад, попрятались за спины слуг.

- Вон из моего королевства! - закричала королева в диком гневе. - И не смейте попадаться мне на глаза!

- Когда чаша терпения переполнится, - сказала первая женщина, - ты увидишь нас снова. Тогда придется тебе за все ответить.