Но здесь, видимо, та же история, что с рыбалкой. Купить можно любую рыбу. Но интереснее поймать самому!

Вдруг «шейх» издал короткий восточный вопль. Он наклонился над лотком, и в его руках блеснул довольно крупный золотой самородок, насколько я мог разглядеть с расстояния в сто метров. Йокки подпрыгнул от радости и что-то залопотал. «Шейх» промыл самородок в ручье, повертел в руках, цокая языком, а потом спрятал в расшитую драгоценными камнями торбу, висевшую у него на плече.

Я продолжал полоскать песок без малейших проблесков драгметалла.

Через три минуты снова раздался вопль «шейха» и подобострастное лопотание Йокки. Он нашел второй самородок, этот восточный балбес! И снова бросил его в торбу, где самородки глухо звякнули друг о друга.

До конца рабочей смены этот придурок намыл двенадцать самородков величиною от грецкого ореха до апельсина. Он даже скрючился немного от веса торбы, но прислуге ее не отдавал.

Йокки аплодировал, смеялся в кулачок, восхищенно что-то шептал, молился своим саамским богам, короче, вел себя до крайности подхалимски.

Я не выдержал, подошел к нему сзади и спросил:

– Йокки, что за хрень получается? И это у вас зовется равноправием?

– Та, та… – закивал Йокки. – Этта ест солото гарант! Тур солото гарант!

– Тур гарантированного золота? – переспросил я.

– Та! Та!

– Я тоже хочу такой, – заявил я.

– Теньги тругой, софсем тругой…

Другими словами, «шейху» купили путевку за пятьдесят тысяч американских рублей на неделю с гарантией отмывки двух килограммов золотых самородков, которые исправно и незаметно подкладывались прислугой в лоток этого олуха.

Не знаю, был ли он в курсе такой золотой рыбалки, но радовался, как ребенок.

А у нас тур был без гарантии, поэтому ни шиша мы не отмыли. Настя возвратилась из леса почему-то сияющая, с перемазанным черникой ртом. А я был зол на Губернатора и Лапландию. Обещали золото, а подсунули кучу мокрого песка!