Андерс был родом из Фальбюгдена, в юности он маршировал по всей стране, исходил её вдоль и поперёк с аршином и кипой ткани. Но в один прекрасный день он решил, что гораздо лучше маршировать с ружьём и снашивать казённую одежду, и завербовался в округе Вестгёта-Даль

Однажды дружище Каск, как теперь называли Андерса

Солнце садилось, когда он шёл берегом вдоль подножия горы; ограда была высокая, а из парка доносились песни и музыка. Каск все шёл и шёл кругом, но лаза нигде не было, дальше ограда пряталась в частом орешнике. Усталый, уселся Каск на горушке пощёлкать орехи.

Тут явилась векша-грызунья — белка, — задрала хвост трубой и сказала:

— Не грызи мои орешки!

— Не буду, коли ты найдёшь мне лаз, — ответил Каск.

— Надо ещё пройти немножко, — сказала она.

Она поскакала вперёд, а солдат пошёл за ней. Вдруг белка исчезла. А из кустов вышел, шурша листвой, ёж.

— Иди за мной, — велел он, — и увидишь лаз!

— Ишь ты, ёжка-захохлыш. Нет уж, спасибо! Но ёжик продолжал идти вперёд.

Тут появилась деликатная гадюка, она умела шепелявить и извиваться кольцами.

— Ступай са мной, — сказала она. — Я укашу тебе ласе!

— Ладно, — ответил Каск.

— Только ты путь теликатным и не наступай на меня! Я люплю лютей теликатных.

— Солдат не умеет деликатничать, но ведь сапоги-то у меня не на ольховых подошвах

— Наступи на неё, — крикнул ёж, — не то она деликатно ужалит тебя! Берегись! — воскликнул ёжик и бросился на змею. — Я не очень-то деликатный, могу ощетиниться.

Тут он съел змею и исчез.

Оставшись в лесу одинёшенек, солдат пожалел, что не послушался колючего клубочка.

Стемнело, но сквозь берёзовую листву пробивался лунный свет, в лесу царила мёртвая тишина.

Вдруг солдату показалось, что ему подаёт знаки большая жёлтая рука — машет взад и вперёд. Он пошёл по направлению к ней, и оказалось, что это кленовые листья шевелятся, будто пальцы.