Оба чиновника безмолвно следовали за мной. Через отверстие в стене, которое отдаленно напоминало окно, заметил, что жители местечка опять собираются, словно на представление. Но на этот раз они держались на почтительном расстоянии от дома.

Бакджи и киаджа чувствовали себя явно не в своей тарелке. Они явно испытывали страх, и я не преминул этим воспользоваться.

— Бакджи, ты по-прежнему стоишь на своем?

— Да, — отвечал он.

— Даже если ты мне соврал?

— Я не врал!

— Нет, ты соврал по знаку своего начальника. Тот попытался возмутиться:

— Эфенди!

— Что — эфенди? Ты хочешь возразить?

— Я не говорил ему ни слова!

— Слов не говорил, а знак подал!

— Нет же!

— Я вам еще раз говорю — вы лжете оба. Знаешь пословицу о человеке, который утонул, потому что лег спать в колодце?

— Да, знаю.

— Вот с тобой случится то же. Вы вляпались в историю, которая, как вода в колодце, захлестнет вас и утопит. Я не желаю вам беды, хочу только предупредить. Потому-то и говорю с вами здесь, чтобы ваши подданные и друзья не узнали, что вы способны говорить неправду. Вот видите — я с вами очень мягок и приветлив. И прошу только одного — скажите правду!

— Мы уже сказали… — начал было киаджа.

— Значит, ночью никто здесь не проезжал?

— Нет. — Три всадника…

— Да нет же.

— …на белых и гнедой лошадях…

— Нет и нет.

— И с вами не беседовали?

— Как они могли с нами разговаривать, если их не было? Никого мы не видели.

— Ладно, тем хуже для вас. Раз вы меня обманули, придется вам поехать со мной в Эдирне к самому вали — губернатору. Для этого я и взял трех хавасов. А там дело быстро пойдет. Прощайтесь со своими!