Граф был человеком быстрым, и пока автор философствовал, он уже был на коне. Вскоре троица выехала за ворота крепостного вала. Открывшаяся перед ними долина уходила к горизонту, покрытому розовыми облаками. Вдали виден был Жер, по обоим берегам которого теснились тополя. Расстилавшиеся по долине луга были покрыты легким утренним туманом.

Сильные и энергичные натуры редко поддаются впечатлению от тихого пробуждения природы. Но у графа было, как мы знаем, в то утро особое настроение. Под влиянием минорных чувств, которым способствовала также и природа, он спросил себя, хорошо ли использовал он отпущенные судьбою дни. Тяжелый вздох, вырвавшийся из его груди, был неутишительным ответом.

Вдруг его осенило и он хлопнул себя по лбу (не забывайте, это век 17-й). Обратившись к слугам, он спросил:

— Не слыхали ли, старый герцог де Мирпуа у себя в лектуре или в замке?

— Вчера он возвратился из Тулузы, так что пока он должен быть в лектуре.

— Тогда скорей назад!

Они быстро возвратились в Лектур и подъехали к огромному дворцу, фасадные колонны которого были увенчаны позеленевшими от мха каменными шарами. Через три минуты ожидания в приемном зале вошедший слуга объявил графу, что герцог готов принять его.

3. Схватка

По пышной каменной лестнице граф Гедеон поднялся наверх, прошел анфиладу комнат и вошел в зал, где его встретил герцог Мирпуа.

— Граф, — сказал он, — ваш визит в столь ранний час говорит о его особой важности. Я желал бы иметь удовольствие оказать вам услугу в чем-нибудь.

— Благодарю вас за любезность, герцог, — ответил граф Монтестрюк, — дело идет обо мне, но о вас в ещё большей степени.

— Обо мне?