— А разве Россия не желает иметь самый сильный флот, ваше превосходительство? — со скрытым возмущением спросил молчавший до сих пор Пятов.

— Можно подумать, милостивый государь, — с усмешкой ответил Чернявский, — что вы уже нашли этот способ. Между тем, Россия вряд ли скажет здесь первое слово. Нас губит наша отсталость, отсталость не только технического оборудования, но и технической мысли.

Пятов собрался было что-то возразить, но потом, взглянув на нахмурившегося Якоби, подумал: «Ни к чему… Делом, делом надо опровергать это мнение». Ход мыслей его внезапно изменился: «Броня… это интересно…» И он, уже спокойным тоном, снова обратился к Чернявскому:

— А известно ли, ваше превосходительство, как сейчас англичане изготовляют броню?

— Способ весьма дорог и ненадежен, — сухо ответил адмирал. — Ее изготовляют из отдельных железных листов путем нагрева и сварки их под ударами парового молота.

Якоби посмотрел на Пятова и многозначительно произнес:

— Россия, моряки ждут от металлургов больших дел на благо нашего флота, Василий Степанович. Да-а, чуть не забыл спросить, что вы сейчас делаете?

Пятов, теребя бородку, не спеша ответил:

— Вот проститься зашел, Борис Семенович. Получил должность главного механика на Холуницких заводах. Еду теперь туда.

— Где же эти заводы?

— В Уральском заводском округе, в Вятской губернии.

— А разговор этот не забудете? — улыбнувшись, продолжал спрашивать Якоби.

— Не смогу, Борис Семенович, — убежденно ответил Пятов.

Сокольский и Пятов откланялись почти одновременно. Молодой офицер с чувством пожал руку Якоби.

— Меня так взволновал этот разговор, — сказал он,— слов нет выразить.