От стула достались три ножки.

Сказав: "Надо больше мне сил!",

Столешницей он закусил.

И молвил с улыбкою кроткой:

"Да, голод, конечно, не тетка!"

2

В воскресенье утром кто-то в комнате распевал во всю глотку, но господин Пепперминт решил, что это ему снится. Он перевернулся на другой бок. Но пение продолжалось. И тут он вспомнил: ведь вернулся Субастик! Пепперминт раскрыл глаза, сел на кровати и оглядел свою комнату.

Субастик приколол кнопками скатерть к остову стола, и она провисла над ним, как гамак. В этом гамаке он и раскачивался теперь, напевая:

Под дождем немножечко намокнув,

Наш Субастик - верь или не верь!

В дом не лазил больше через окна,

А прошел чин чином через дверь.

Господин Пепперминт сиял от счастья.

- Хорошо, когда тебя по утрам снова будят песней! - радостно воскликнул он. - Мне так долго этого не хватало!

- Да, но только песня пока еще не получилась. "Намокнув" и "окна" - не самая хорошая рифма, - скромно сказал Субастик. - Сочиню-ка я все сначала!

Стулом я полакомился снова,

И в столе огромная дыра.

Я готов для папы дорогого

Песни петь с утра и до утра!

Господин Пепперминт одобрительно кивнул.

- Да, конечно, так-то оно лучше, - сказал он. - Но еще лучше будет, если ты станешь петь чуть потише, а не то тебя услышит госпожа Брюкман.

Субастик застонал:

- Опять ты за старое! Может, еще и спрятаться надо, чтобы она меня не увидела?

- Пожалуй, для начала так было бы лучше, - сказал господин Пепперминт. - А завтра я осторожно сообщу ей, что малыш Робинзон снова у меня поселился.

Субастик удивленно взглянул на него.

- Неужто она тебя по-прежнему ругает? - спросил он. - Ты ведь пожелал тогда, чтобы всякий раз, когда ей захочется тебя выругать, с ее языка срывались одни лишь любезные слова.

- Да, конечно, хозяйка теперь и впрямь несколько любезней прежнего, сказал господин Пепперминт. - Но иногда она все равно бранится. Особенно в последнее время.