После бани Николай Матвеевич и Березин отдохнули у себя в офицерском флигеле, отдали белье в стирку. Вечером снова были у Невельских.
Пришла Орлова, темно-русая, совсем молодая женщина в пуховом платке и в ватной телогрейке. Она из якутских мещанок. Муж ее, Дмитрий Иванович Орлов, ищет каменные пограничные столбы, якобы поставленные маньчжурами под Становым хребтом
Пришел штурманский поручик Воронин, как всегда серьезный и скромный. Он в ватной куртке и валенках.
А вслед за ним появился доктор Орлов, однофамилец Дмитрия Ивановича. Доктор только что вернулся из селения Коль, куда ездил лечить гиляцких детей.
К чаю Екатерина Ивановна успела испечь пудинг из риса, который привез Березин от маньчжуров. Орлова принесла сибирское кушанье собственного приготовления — сбойны — давленные ядрышки кедровых орехов.
К вечеру ударил сильный мороз. Екатерина Ивановна тоже надела ватную куртку. В комнате прохладно, в такую погоду почти невозможно натопить дом. В казарме, где живут сорок человек и непрерывно топятся два чувала, гораздо теплей. Простой народ умеет согреться и приспособиться. Там топят всю ночь, стены завалены снаружи снегом, казарма как бы закутана.
Слушая своего начальника, Березин хитро щурился.
«Но на кого же Геннадий Иванович рассчитывает? — думал Николай Матвеевич. — Кто будет исполнять все эти неисполнимые планы? Там, куда Невельской метит, нет ничего — безлюдье, пустыня лесная. По Амуру ехали, так хоть в деревнях ночевали, и то еле живы, а в тайге с голоду погибнешь».