Вот и конец коридора. Сквозь огромное овальное окно, наспех заколоченное узкими листами фанеры, пробивались снопы золотого солнечного света. Подойдя к окну, Татьяна выглянула в щелку – там на улице шла обычная жизнь, люди выходили из булочной, покупали газеты в киоске, стояли у остановки, ожидая трамвай. «Что я здесь делаю?» – пожала плечами девочка, но, развернувшись, направилась не к выходу, что было бы логично, а дальше, к чердачной лесенке.

Деревянные ступени отчаянно визжали под ногами, будто сообщая, что сейчас по ним идет глупая девчонка, по доброй воле заявившаяся в такое дурное место. «А ведь сегодня пятница, тринадцатое, – всплыла в голове запоздавшая мысль. – Конечно, чудес не бывает, но всякое может случиться… Вдруг примета сработает? Неприятности не всегда связаны с чертовщиной, тринадцатого числа частенько случаются и обычные, вовсе не сказочные несчастья».

Но сомнения не мешали действовать. Откинув крышку незапертого люка, Татьяна поднялась на чердак. Здесь было почти совсем темно, а старые, всеми забытые вещи, теснившиеся по сторонам, напоминали силуэты чудовищ.

– Ау, Толик, ты здесь?

В полутьме блеснули стекла очков, из сумрака возникла побледневшая физиономия Яши:

– Это ты, Андреева?

– Кто же еще? А где остальные?

– Я первым пришел и, честно говоря, жалею. Мне здесь не нравится.

– Мне тоже, – разговаривая с приятелем, Татьяна немного успокоилась, хотя так и не смогла полностью избавиться от ощущения необъяснимой тревоги, угнездившейся в ее душе. – Атмосфера здесь жутковатая. Хотя, с другой стороны, мы же и пришли сюда щекотать нервы, а посему – жаловаться нам не на что.

– Верно, – откликнулся Яша, но в его голосе не чувствовалось энтузиазма.

Еще раз осмотревшись по сторонам, девчонка и мальчишка углубились в мрачный лабиринт заброшенного чердака…