Все трое ужинают. Люди – деревянными ложками из глиняного горшка, собака – из дубового корытца. Беседа продолжается.

– А какой он, царь?

– Когда-нибудь увидишь… Может, угодишь нашему старшине, он возьмет тебя на праздник к Великому дубу. Там и царь бывает.

Савмак хорошо знает о празднике урожая, и его сокровенная мечта – попасть туда. Он вздыхает.

– Да, я хотел бы поклониться священному дубу. А еще больше хочу воевать, как ты воевал в старину!.. Со степняками!

– Теперь все изменилось. Степная Скифия живет по-иному. Раньше скифский царь никогда не появлялся в наших степях чаще одного раза в году. Жил он где-то далеко, на реке Борисфене… А ныне он город построил, Неаполь, и поселился в нем. Имя царю – Скилур… Мудрый царь!.. Он запретил своим витязям нападать на нас и грабить, но задумал всю Тавриду забрать себе… И Боспор тоже… Эллинов хочет совсем изгнать!

– Изгнать? Нехорошо это!.. Они же помогали вам воевать против степняков. Оружие вам давали.

Старик опустил ложку и с удивлением, смешанным с досадой, поднял седые брови. Словно впервые увидел внука.

– Смотрю я на тебя, Савмак, и дивлюсь. Ростом ты выше меня скоро будешь, а глуп. Не разумеешь – где добро, где худо! Куда глупее Аримаспа.

Пес, услышав свою кличку, поднял тупую морду и замахал свалявшимся хвостом.

– Сам рассказывал, дед, а теперь сердишься! – насупился внук, облизывая ложку.

Он не понимал, за что сердится старик.

– Поживешь – поймешь.

– А ты расскажи мне толком, вот я и пойму.

– Не сейчас. Уже вечереет, пора принести жертву духам ночи.

Солнце касалось верхушек кустов и стало огненно-красным.