Знал вожак, что после людского побоища по степи будут бегать десятки лошадей, потерявших всадников, становясь легкой добычей волков. Знал и, потому терпеливо ждал.     Молодой волк попытался было рвануть с кургана, завидев, как две лошади, с которых упали седоки, медленно рысят в степь. Но вожак поднялся с места и грозным рыком осадил его. Сам он однажды вот так же погнался за конем, но комок раскаленного металла, выпущенный человеческой рукой, догнал его, разорвав бедро, и засел в мышцах, надолго лишив волка возможности передвигаться. Опытный зверь знал теперь, что нужно выждать, пока люди уйдут, и лишь потом начинать охоту на лошадей.

          Однако молодому волку не сиделось на месте. Он опять встал и, вытянув лобастую голову, втянул раздувшимися ноздрями воздух. В морозном, искрящемся кристаллами инея воздухе, явственно запахло кровью. Это почувствовал и вожак, но продолжал неподвижно сидеть на месте. Только коротко, предостерегающе взглянул на молодого.

          А молодой, вытянув морду и навострив уши, неотрывно смотрел на уходящий от  кургана отрог, от которого так явно и так сладко тянуло свежей, горячей кровью. От нетерпения он взбил снег лапами и крутанулся на месте так резко, что под ним показалась голая промерзшая земля…

         Волк оскалился, и вытянулся для прыжка: из-за отрога кургана вышел, прихрамывая, пегий конь. И седло, и попона, навьюченные на его мощный круп были залиты кровью, которая тяжелыми каплями срывалась на ослепительно белый снег, прожигая его. Кровь стекала и по подрагивающему в судорогах бедру коня, на котором зияла глубокая рубленая рана. Он шел, куда глаза глядят, вне себя от боли, ослабев от потери крови.

          Вожак, быстро огляделся и, не видя опасности, бросился к коню. Опережая его, в несколько скачков достиг коня и, высоко подпрыгнув, вцепился клыками ему в шею молодой волк.