Но недаром старый волк сдерживал нетерпение молодого. Почуяв смертельную опасность, конь уклонился от прыжка волка, и клыки зверя ухватили только мышцы со складками шкуры. И как ни ослабел от потери крови конь, ему достало сил, чтобы подняться на дыбы и, мотнув тяжелой породистой головой, посаженной на мощную шею, сбросить с нее волка. Молодой, распластавшись в воздухе, отлетел далеко в сторону. Но тут подоспел вожак, который поднырнул под брюхо коня и вспорол ему пах. От дикой боли передние ноги коня подогнулись, и он упал на колени. Вывернувшись из-под тяжелой туши, едва не накрывшей его, вожак мертвой хваткой вцепился в горло коню, чувствуя, как в его пасть медленно, а затем все быстрее и быстрее вливается горячая кровь коня. Конь попытался подняться, но с другой стороны в его горло глубоко вонзились клыки волчицы. Напрягая быстро убывающие силы, конь все же смог встать на ноги, но сбросить тяжесть двух  волков с себя, сил уже не достало. Скосив лиловый глаз, он увидел надвигающегося на него сзади третьего волка и, вложив в удар все свое предсмертное отчаяние, лягнул его задними ногами.

           Через несколько минут все было кончено. Волчица, повизгивая иногда от удовольствия по щенячьи, огромными кусками вырывала мясо с шеи коня и глотала его, не прожевывая. Вожак, насладившись кровью, которой его морда была покрыта почти до глаз, насыщался неспешно – туша всецело принадлежала им двоим, и ее не надо было делить с огромной стаей.

           Молодой волк лежал в нескольких аршинах от них. Удар копыта пришелся ему в голову, выбив правый глаз и раскроив череп. Он со смертельной тоской во взоре смотрел единственным глазом, как насыщаются его собратья, и чувствовал,  как жизнь медленно, по капле покидает его большое, еще  не так давно сильное, крепкое тело.

 ГЛАВА 8

           Кондрат не видел в круговерти рубки, как Гнат получил ранение, но видел, что с казаком происходит что-то неладное по тому, как неудобно, боком тот сидел на коне, постепенно склоняясь к конской гриве. Теперь вся надежда была на коня, и Кондрат надеялся, что знаменитый в казачьих кругах Янычар, не подведет. А конь, между тем, летел, как ветер, и уже был у ворот заставы.