Тунгатар, обсуждая с беком план предстоящей операции, настолько был уверен в успехе, что предложил не брать с собой в поход огнестрельное оружие, чтобы максимально облегчить воинам путь-дорогу. К тому же, как истинного степняка, привыкшего метать копья, которые всегда под рукой, его тяготила длительность перезаряжания пищалей и пистолей и необходимость таскать с собой тяжелый запас свинцовых пуль и пороха.
Бидайхан поднял высоко правую руку и махнул ногайкой. Сотня воинов, ожидавших команды своего бека, ударила стременами по бокам лошадей и, сорвавшись с верхушки увала, поднимая взбитую копытами лошадей снежную пыль, пошла в степь, на ходу рассыпаясь веером.
ГЛАВА 3
Бьет крылами Матерь наша – Слава
И повелевает нам идти на сечь…
(«Велесова книга», дощечка 7 «е»)
Ранним утром Кондрат вышел из куреня и угрюмо оглядел степь. Метель стихла, но было пасмурно и морозно. Морозы и снегопады в этом году пришли неожиданно рано, и казаки не успели перегнать один из табунов, находившийся на самом дальнем пастбище - в Вороновой балке, на кошару. С табуном в полста голов было всего три казака, и Кондрат, зная, что в степи негде укрыть от непогоды такой большой табун, очень тревожился и о казаках, и о лошадях.
Кондрат Баштовенко – бессменный атаман бекета , соответствуя своей фамилии , атаманил в плавнях уже 3 года. За это время через его заставу прошло не менее пятисот казаков, несших здесь прикордонную службу. Они приходили сюда из Сечи и, прослужив установленный сечевой Радой полугодовой срок, Бог даст, возвращались в свои куреня. Если не клали голову в многочисленных стычках на граничных землях…
Кондрат поплотнее запахнул надетую на голое тело овчинную душегрейку и прошел к кошаре, где в обложенном камышовыми матами загоне стояли кони. Открыв связанную из жердей и обитую кошмой дверь, прошел вовнутрь.