Прим. пер.) С этих стен он высматривал врагов, отсюда отправлялся в кровавые набеги на последователей Мухаммеда. Легенда гласила, что три мавританских короля сгинули в подземельях замка, отказавшись принять христианство. Призраки их и по сию пору пугали одиноких путников на перевале по ночам. Долгие годы твердыня охраняла Врата Господа, но потом неверных выдворили за море, крепость забросили, и только лисы да вороны нарушали покой ветшающих стен.

Севернее замка, метрах в двухстах, стоял монастырь. Обширное приземистое строение без единого внешнего окна словно вырастало из утёсов Сьерры. Здесь Дева Мария однажды ступила на грешную землю помочь христолюбивому воинству, и монахиням не нужны были окна вовне, ибо их главная тайна находилась внутри: простая гранитная пластинка посреди раззолоченной часовни.

Монахини давным-давно перебрались в Леон, воины в ярких сюрко покинули замок. Новые дороги на юг, шире и удобнее, пролегли вдали от этих мест. Вратам Господа нечего стало стеречь, кроме Адрадоса с его колючками, овцами и головорезами Потофе.

– Они, наверняка, заметили нас, сэр.

– Скорее всего.

Шарп бегло взглянул на часы, любезно одолженные сэром Огастесом Фартингдейлом. Торопиться смысла не было, до назначенного Потофе срока времени оставалось с избытком. Шарп дал знак остановиться. Лошадей у них имелось три: по одной для них с Харпером, третья везла золото и предназначалась леди Фартингдейл, буде Потофе сдержит слово, получив деньги. Пользуясь случаем размять ноги, Харпер слез со своего животного. Вскинув голову, он изучил строения на горизонте и убеждённо сказал:

– Надо вовсе с башкой не дружить, чтобы сунуться сюда со штурмом!

– Согласен.

Атакующим Врата с запада пришлось бы карабкаться вверх, очень круто вверх, без малейшего шанса остаться незамеченными с перевала. Шарп обернулся. Три часа они с Харпером потратили на переправу через речушку, и большую часть этого времени их было прекрасно видно с замковых стен любому наблюдателю с подзорной трубой.