…

— … Да ведь непорядок это — младшую дочь наперёд старшей выдавать!

Князь Михаил был крепко озадачен. Разумеется, предложение князя Василька Константиновича, ясное и недвусмысленное, было ему на руку. Однако всё равно, непорядок, на Руси так не принято…

— Так что ответишь ты мне… тятя?

Михаил вздрогнул, кинул взгляд на собеседника. Молодой князь Василько сидел, опустив голову. Ишь ты, «тятя»… Вот и беда, что нету над тобой отцовской воли… Сам себе, вишь, хозяин, оттого и дурит. Подавай ему Марию, и всё тут! Чем Феодулия-то нехороша?

Василько Константинович, князь Ростовский, вдруг пал с лавки на колени, поднял на Михаила отчаянные глаза.

— Отдай… Всю Русь поперёк прошёл, никого не надо… А как увидел твою Марию, так будто и воздуха вокруг нету… Отдай, молю, тятя!

— Эк тебя разобрало… — крякнул Михаил. — Мать, а мать! Ты чего молчишь?

— Воля твоя, княже, — чуть поджав губы, ответила княгиня Феофания.

Михаил тряхнул головой, твердея, принимая решение.

— Ладно, чего там… Раз уж так всё выходит… Эй, Лешко!

В княжью горницу проворно вскочил молодой человек.

— Распорядись там! Княжну Марию сюда позовите!

— Марию? — чуть помедлив, уточнил молодой человек.

— Никак ты оглох?! — возвысил голос князь Михаил — Марию, я сказал!

…

— Идут, идут!

Сенные девки, юркие, как мыши, и так же точно имеющие великолепный нюх на любое событие, доступное их мозгам, шустро бежали впереди князева посланца, нырнули куда-то в неприметную щель — ну точно мыши…

Обе княжны уже сидели принаряженные, причёсанные — ждали. Собственно, Мария ждала только одного: когда призовут к батюшке Феодулию, к жениху на смотрины. А чего ждала Феодулия, одному Богу известно — сидела себе, смотрела то в окошко, то в стол, то в пол…