- Слушай, друг ты мой любезный, серый волк! Сослужил ты мне много служб, сослужи мне и последнюю. Оборотись ты конем златогривым наместо коня моего. Потому что расстаться мне с ним ну никаких силов нет. Если можно, а?

Серый волк несколько удивился его повышенной скромности и его такому желанию и сказал:

- Ты, Иван-царевич, столько себе в обе руки забираешь, что и удержать будет трудно.

На что Иван-царевич отвечал:

- Удержать не добывать. Удержать впятеро можно против того, что добыть надобно!

Серый волк возникать и спорить не стал. Ударился он вдруг о сыру землю и стал конем златогривым.

Иван-царевич оставил Елену Прекрасную на зеленом лугу (скорее, на желтом, осень ведь на дворе). Сел на серого волка золотогривого и поехал во дворец к царю Долмату-Афрону. А настоящий конь на лугу пастись остался.

Дальше все как по нотам прошло. Царь Долмат обрадовался, обнял Ивана-царевича и похвалил:

- Ой ты гой еси, добрый юноша, угодил ты мне, старику!

(Хотя какой там старик, сорока еще нет! Только в то время люди, которым под сорок было, за стариков почитались.)

- А я было тебя за совсем бестолкового держал! Ох, недооценивал я твои способности!

(Что верно, то верно, скоро он еще оценит Ивана-царевича и его способности!)

Он вручил Ивану-царевичу клетку с жар-птицей, продуктов дал для птицы на дорогу, а сам отправился коня златогривого объезжать.

Иван-царевич клетку подхватил и даже обедать не остался. Скорым шагом пошел он к зеленому лугу, где его верный конь дожидался и прекрасная королевна Елена Прекрасная.

Царь Долмат тем временем к своему коню златогривому подошел, стал его травой угощать и сеном. Только "конь" почему-то и траву и сено выплевывает. Еле-еле он кусок хлеба с солью сжевал. И то незаметно выплюнул.

Сел царь Долмат-Афрон на коня и скомандовал:

- Вперед, мой конь! - и шпорами его.

А серый волк отродясь шпор и хлыстов не любил. И как его разъярили, он сбросил с себя царя Долмата, зарычал звериным рыком, оборотился серым волком и одним прыжком через забор перелетел. Хорошо, что не съел никого.